spot

О мышах и людях

Точнее, о пилотах и технарях.

Из моего предыдущего поста может показаться, что я недооцениваю сложность работы лётного состава, мол они там в тёплой кабине сидят, а мы на улице, под всеми ударами стихии. Вот это вот «они это, а мы то» прекрасно описывает взаимодействие между всеми службами: каждый делает самую нужную работу, без которой самолёт никак не полетит, а все остальные, эти тупые техники, пилоты, оперативные дежурные, мойщицы, кассиры — все, кроме нас, не хотят и не умеют работать, одни мы хорошие. Взаимные претензии  есть у всех служб, хотя, казалось бы, делаем одно общее дело. Особенно часто такие споры возникают между представителями лётной и технической дирекции. 

Споры эти в массе своей продуктивны, направлены на улучшение показателей безопасности и регулярности перевозок. Но. Иной раз от обеих звучит и простое «вы у себя нихуя не делаете, а мы ебёмся тут». Вроде как у кого жизнь тяжелее, кому хуже, тот и более прав. Это уже какая-то черта менталитета. Так всё же, кому вольготно-весело, живётся на лётном поле? 

Collapse )
spot

Дела невидимые.

Третьего февраля в газете «Сахалинский нефтяник» вышла статья про пилотов, до последнего талого ждавших улучшения погоды и героически доставивших охинцев домой несмотря на пургу в Южном.


С 31го января по 2е февраля у нас тут задула пурга. Дело обычное, скажу больше, её тут ждали все, кроме тех, кому лететь. В последний день день января рейсы ещё выполнялись, а вот в первый день февраля уже задуло конкретно, и всё расписание пошло по женскому половому органу, и когда люди смогут вылететь знал только, как говорится, мужской половой орган. Неизвестно как севшие «Сибиряки» попытались было свалить как можно скорее из этого балагана, выехали на полосу, стали разворачиваться, но потеряли ориентацию и тягачом их отбуксировали  на стоянку.


Звонок на участок к нам — Максим, там на 252 есть кто? -Нет, зачем? -Делать «после шторма». -Мы не можем делать «после шторма» во время шторма. Ветер 15 м/с, порывы 23, температура -10, видимость метров 100.


Collapse )
spot

Попадание молнии.

Утро начиналось как обычно, и как говорится, ничего не предвещало. Но из Хабаровска пришла новость: при взлёте из Харбина, в одну из наших птичек попала молния. На Сахалине грозы явление не частое, раньше их вообще, говорят, не было. В Хабаровске и Владивостоке чуть чаще, но наибольшая вероятность встречи с ними у наших машин всё же при полётах в Китай. 

С обтекателя метеолокатора слезла краска. Антенна тоже имеет следы повреждения, под замену. Коллеги в Хабаре осмотрели, нашли целую кучу мелких точек. Мы им отправили запасной обтекатель метеолокатора, чтобы самолёт могли перегнать к нам для детальной инспекции. Сам метеолокатор для этого полёта не нужен, опасные метеоявления не прогнозировались, так что с ним потом разберёмся. Вообще этот локатор самая уязвимая часть, ведь обтекатель радиопрозрачный, и неплохо пропускает огромный заряд молнии. Всё остальное спрятано за металлом фюзеляжа и плоскостей, через которые и проходит заряд. 

Collapse )
spot

Изнанка белого

Книгу с таким названием я не взял с собой в командировку, потому как читал её раза три. В ней Рамиз Алиев очень интересно резюмировал историю освоение северных широт. Ожидая самолёт, я читал Марлу Кон. Оказалось, что немалая часть дряни, выпускаемой в атмосферу в окрестностях Челябинска и Детройта попадает в океан (что не новость), а дальше течениями переносится в высокие широты, где через рыбу, тюлений, китов и белых медведей попадает в организмы инуитов, эскимосов, чукчей, эвенков. И содержание вредных веществ в организмах людей, живущих от промышленных центров дальше всех, выше, чем у тех, кто выращивает картошку в Златоусте. И вроде бы выход прост: кормить эскимосов картошкой из Златоуста и курицей из Чикаго, но вот в чём проблема: на таком рационе в Арктике долго не протянешь, а вред от отравлённой полихлор бифенилами китятины не заметен в краткосрочной перспективе, а потому коренные жители в него не всегда верят и не собираются отказываться от своей привычной пищи. 

Collapse )
spot

Пурга.

Кемп на Куполе никогда не спит. Люди на руднике работают и днём, и ночью, потому и по ночам в коридорах слышны шаги и разговоры шёпотом, столовая также работает. Для завтрака она открывается в 5.30 и открыта до 8. В аэропорт с утра идут 2 вахтовки: на 6.30 и 7.45, моя машина в Магадане, ожидается у нас к обеду, можно поехать попозже. Вещи собраны, загрузился в вахтовку, ну, до свидания, кемп! 

Collapse )
  • Current Music
    God is gonna cut you down
spot

Летим.

Взлетели курсом 10, почти строго на восток. Набрали высоту, чуть довернули к северу и пошли на автопилоте, периодически выходя на связь, пока нас не передали Магадан-Контролю, который лишь сказал -9223, продолжайте набор эшелона 250. И всё. В эфире наступила тишина. Лететь нам оставалось часа 2,5, работы у парней особо не было, я как мог их развлекал. Саня, второй пилот, вообще прикорнул, воспринимая связь в эфире сквозь дрёму. Да там тишина была. Разве что иностранцы изредка докладывались — Magadan Control, Korean 7321, flight level  340, directing to point (я уже и не вспомню) — Korean 7321, radar contact. Continue flight level 340. Через минуту где-то сильно вверху мы видим спутный след от идущего навстречу нам по кроссполярной трассе корейца. Он выше нас на 9000 футов, почти 3 км, TCAS и не думает на такое реагировать. -4 струи -Ага. Горбатый -Или 380. Хрен разберёшь. Вот и поговорили с Пашей, нашим КВС. Небо вокруг нас чистое, под нами — низкая облачность. Умиротворение, тишина, спокойствие. Двигатели едят по 400 кг в час каждый. Уместнее сказать нюхают керосин. При таком скромном аппетите наша Жужа везёт 70 человек и 1,5 т барахла со штилевой скоростью 300 узлов, 600 км/ч. За это её и любят авиакомпании, особенно в Европе: на коротких расстояниях экономия по сравнению с реактивными самолётами выходит ощутимая.


От мыслей о человекокилометрах на литр керосина отвлёк звонок интерфона: -Докладывает старший бортпроводник. — переглядываемся с Пашей, ни.я себе, старая школа! — обстановка в салоне спокойная, пассажиры поели и спят (везёт им!). Температура комфортная. — и самый желанный вопрос — вы готовы пообедать? Тут уже даже Саня встрепенулся. Печек на наших самолётах нет, пассажиров кормят холодными закусками, экипаж — горячим (когда его на самолёт принесли был) обедом. Я так в Саппоро на стоянке удивил представителя. Ел себе гречку, он зашёл в самолёт, увидел  -Горячее? -Было часа 2 назад  -Как ты это ешь? Я кашу холодной не могу есть. Вкусно, особенно с голодухи. Принесли наши подносы, — Приятного аппетита — Check - смеёмся.  Поели, выпили чай. Полпути позади. В эфире тишина. На экране розовым цветом отмечена наша линия пути. До следующей точки ещё лететь и лететь...


-9223, Магадан-Контроль -Ответил 9223 — 9223, работайте с Магадан-Контроль на 132,5 -Работаем с Магадан-Контроль на 132 и 5, 9223, до свидания! Передали нас другому диспетчеру. Позывной тот же, частота другая. -Change frequency — check. — Магадан-Контроль, 9223. -.... Тишина — Магадан-Контроль, 9223! —  снова молчание. -Оглохли они там что-ли? Выключили шумоподавление, всё равно не пробивает. Хоть на КВ работай. -Магадан Контроль, 9223! -9223, я 4271, говори, я передам. Странно, я читал, что это самолёты на больших высотах ретрансляторами работают, а тут наоборот, младший брат нам помогает.-4271, передай Магадан-Контролю: 9223, эшелон 250, следуем к точке ... -Магадан Контроль, 4271, 9223 передаёт: следует на 250 к точке ... -4271, передайте 9223: продолжать следовать на 250 к ... -9223, я 4271 Магадан Контроль передаёт: продолжайте на 250 к ... -Спасибо, 4271. К счастью, на этом котовасия закончилась и мы сами услышали Магадан Контроль. Мы постепенно подходили к очередной точке, за которой этих точек был частокол, стало быть, уже скоро. Старший, матёрый бортпроводник, снова доложил, что пассажиры довольны и в салоне всё хорошо. Нас это порадовало, но не удивило: до недавнего времени эти люди летали на вахту на Ан-24/26, а наш салон и правда комфортнее, как ни крути.


Приняли погоду Купола, Магадан начал нас снижать и передал Купол Подходу, те стали нас не спеша заводить. На 10000 футов я торжественно заткнулся, свято соблюдая правило стерильной кабины. Мы прошли над полосой, построили манёвр, вошли к точке входа в глиссаду, хотя глиссады там никакой нет: есть точка, на неё надо выйти на определённой высоте с посадочным курсом, а дальше снижать с заданной вертикальной скоростью — всё это можно сделать на автопилоте. Остаётся только следить за скоростью, автомата тяги на Q400 нет. Была небольшая облачность, но ВПП мы увидели за долго до ВПР. А вместе с ней и глиссадные огни, по ним удобно корректировать заход. На ВПР автопилот отключается,  и Паша уверенно посадил машину на ту полоску укатанного снега. Остановились, развернулись, зарулили. Знаки жезлами подавал начальник аэропорта, Олег, мой коллега, переживший тут  метель, стоял рядом. Стояночный тормоз, винты во флюгер, 30 секунд на малом газу и масло уходит из редуктора в основной маслобак. В процессе выключения двигателей загораются с характерным звуком сигнальные табло. Открыл дверь, на Данилу, пережившего пургу там смотрел как на инопланетянина. -Как ты тут? -Да хорошо. Тут так мело, вообще нихрена не видели. Обошли самолёт, открыли багажник. Подъехал ТЗ. Пассажиры вышли, Данила поздоровался с бортпроводниками и пилотами. -Парни, 5 тонн льём. Выписали требование, оформили бортжурнал. Я передал Данилу карты, рабочий ноутбук. В Магадан летел он, а я оставался на руднике.


Пассажиры на борту, двери закрыты. Я «на ушах» — на связи  с экипажем через гарнитуру. -Земля кабина, готовность к запуску -9224, пинызаглушкизаземлениеснятынаборту фиксатор носовой стойки утоплен, колодки убраны, зона запуска свободна, к запуску готов — здесь всё скороговоркой. Пины, колодки и заглушки никто не ставил за ненадобностью, глянул на фиксатор носовой стойки — нет, никто его не вытаскивал, в зоне запуска тоже никого не занесло. -Порядок второй первый, запуск второму -Второму запуск. -Запуск первому  — Первому запуск. -Двигатели запущены, параметры в норме, на визуальный контроль — На визуальный контроль, хорошего полёта, парни — Спасибо, тебе удачи. Отошёл от самолёта, движки взревели. Показываю парням направление руления,они поворачивают влево, разворачиваясь на 180 градусов, меня обдаёт снегом. Я достал фотоаппарат, снимаю руление. Взлёт не увидел из-за сугроба. Ну всё до завтрашнего дня я один. Ни одного знакомого в радиусе полутра тысяч километров, жизнь в кемпе, похожем на кротовую нору. Очень комфортную, с бильярдом, библиотекой, спортзалом но нору, практически без выхода на улицу. Ну да ничего, в пятницу парни за мной вернутся и мы через Магадан рванём на Южный. Так я заблуждался, любуясь закатом, догорающем на западе. Роторный снегочист равнял рулёжку. Самолёт ушёл из зоны возврата, все работники аэропорта загрузились в вахтовки,и мы поехали через тундру в кемп. Время ужина!


 

spot

Магадан. Утро.

Будильник своим звонком прервал сон, смотрю на телефон — 6.50 местного, магаданского времени. Умыться, попить чаю. Звоню представителю: — Макс, доброе утро, что у нас? -Погода есть, готовим на 9.30. -Этого не обещаю, задание есть? -Нет, но САБ в курсе, пропустят. Оделся, с собой все вещи. На завтрак не попадаю, шоколадки поем. На служебном входе безопасники и правда в курсе насчёт меня, иду к ласточке. Эх, жара! Двигатели можно не греть, думаю я и ошибаюсь: на улице ниже -30. Почти дошёл до самолёта, звонок на служебный телефон: — Ты где? -У машины. — возвращайся в гостиницу, Купол закрыт, информация в 11. -Ну вот и полетали, говорю инспекторам на служебном входе, и возвращаюсь в свой номер. Началось! 

Collapse )
spot

Здорово, Кострома!

День 1, собственно Кострома

Вечером 1 января, несмотря на мой аццкий кашель, мы сели в поезд Москва - Кострома, и, как это ни очевидно, утром следующего дня оказались в Костроме. Сразу скажу, что после вдохов целительного морозного воздуха мой кашель покинул меня до возвращения в Москву, ну т.е. практически не мешал. Морозы тогда стояли и в Москве порядочные, а мы поехали туда, где начинается русский Север. -21 утром, около -16 днём.

Выйдя из поезда, мы явно пошли куда-то не туда. Было темно, холодно и безлюдно. Явно не к центру мы потопали, но до открытия кафешек было очень много времени и мы всё-таки прогулялись
Collapse )
spot

Защитился я)

  Крайняя моя запись в жж аж от 15 июня. Странно. Вспоминаю лето - было вообще не до ЖЖ. Фотки и путешествия были, и было вообще много всего... Но во главе угла осенью встал диплом, точнее создание дипломного проекта. Если просто, то мне надо было нарисовать анимацию, глядя на которую любой оболтус мог бы понять, как работает волновй-твердотельный гироскоп.  В результате её даже не я сделал, потому как вместо предполагаемых инженерных продуктов типа солидворкса пришлось использовать аж фотошоп, ну я и попросил более рукастого друга. На выходе вышло:
Ну это вышло в итоге. Я ещё сделал (сам) милую презентацию, в которой коротко изложил суть работы прибора, привёл пару схем и перечислил погрешности. Это полезная часть работы. А дальше расскажу о бесполезной.

Пояснительная записка. 80 страниц текста и картинок по формуле: очевидность - вода - бред.

Плакаты на защиту. Листа формата А1. Чтобы их подготовить, я насиловал свой комп, открывая загтовки в фотошопе. А это 20к пикселей по широкой стороне. Было мучительно долго (комп слабый). А потом ещё редактировать. Повисели на защите и ушли в анналы МАИ.

Охрана труда. Опираясь на взятые с потолка цифры, я обосновал, что дипломный проект разрабатывается в помещении, которое соответствует всем нормам. Тут к преподу претензий нет. Сдал быстро, мозг если и ела, то по делу.

Экономическая часть. Лютая ненависть Мы приходили раз 10 к преподше, каждый раз ей что-то не нравилось. Цифры были не просто взяты с потолка, а выдуманы. Накануне защиты она поставила свою подпись, полив нас отборным гумном. Хотелось её закопать:)

Ну и день защиты. Нет радостней даты. За 10 минут рассказал суть своего диплома, простые вопросы, решение комиссии  - отличная оценка. Выдохнули все. Особенно родственики. Спасибо моему научному руководителю Кошелеву Борису Валентинович, и всем преподавателям за то, что терпели меня)




Ну вот и всё. Пока формально студент, а по факту - универ меня больше не держит)